Горный Алтай > Турбазы > Детский лагерь Академия Робинзонов > Статья
Горный Алтай Природа Алтая Туризм на Алтае Достопримечательности Как добраться Карта Горного Алтая Вопрос-ответ Советы туристам Легенды, истории Поиск попутчика Фото из туров Погода на Алтае

Фото из туров



Смотреть еще...


вернуться назад

 Детский летний лагерь Академия Робинзонов
глазами журналиста

Анатолий Шульжик, известный в городе, да и в Кузбассе, турист-водник, глава турагентства "Шульжик", вот уже несколько лет звал меня в свой лагерь на Алтай. Мол, рассказы - это одно, а вот посмотреть самому на красавицу Катунь, сплавиться по ней на катамаране, ощутить прелести палаточно-походной жизни - совсем другое. И уговорил-таки. Увеличив свой уик-энд за счёт донорства ровно вдвое, ранним утром, в четверг (недаром же поговорка осуществление всех надежд назначает именно на этот день недели, но обязательно после дождичка), я, "старичок", и ещё три десятка молодых людей в возрасте от десяти до восемнадцати лет отправились из родного Ленинска-Кузнецкого в места достаточно отдалённые - за полтыщи километров.

 

К дяде Толе и тёте Гале

Постепенно начинаю знакомиться с близсидящей публикой. В большинстве - это дети ленинск-кузнецких и беловских горноспасателей. Многие из них уже бывали на Алтае. Впечатления самые превосходные, особенно от водных процедур во время сплава. Хотя условия проживания действительно, что называется, максимально приближённые к боевым. И, как делится воспоминаниями выпускница горнотехнического колледжа этого года Таня Дмитриенко, на седьмой, последний, день полудикого существования начинаешь уже по-настоящему скучать по самым элементарным достижениям цивилизации -белой простыне, тёплой ванне, уютном кресле у телевизора. Но проходит совсем немного времени после возвращения в обычную жизнь, и алтайская ностальгия даёт о себе знать всё сильнее и сильнее.

В автобусе все "бывалые" ребята называют Анатолия и его супругу Галину не иначе как дядя Толя и тётя Галя. Они ждут их в турлагере! Я по-первости даже решил, что полгруппы - это шульжиковская родня. Но, забегая вперёд, скажу, что, пожив чуть-чуть на Катуни, понял: может быть, это и непедагогично обзаводиться огромным количеством "племянников", но такая домашность отношений в далеко не домашних условиях проживания воспринимается вполне естественно.

 

... И всё-таки юг

Чем ближе подъезжаем к Горно-Алтайску, тем заметнее, что за окном хоть и Сибирь, но действительно южная. В деревьях появляется несвойственная для Кузбасса пышная кучерявость и мягкость линий. Вдоль дороги уже вовсю, хотя ещё только 20 июня, идёт торговля грибами, земляникой, огурцами, свежей картошкой. Вот показалась, петляя между холмов, Катунь. Вода мутная, видно, река никак не может упасть до обычного своего уровня и постоянно подмывает берега. Оттого у чистой и прозрачной Катуни, какой она бывает во второй половине лета, сейчас не очень-то дружелюбный белесо-серый вид.

Но настоящую свою ещё неукрощённую, слава Богу, гидростроителями силу Катунь показывает в районе канатного Айского моста - конечной точки нашего автобусного маршрута.

Уже вечереет, и грозно шумящая на порогах река, в окружении гор с наплывающими на вершины облаками довольно выразительно демонстрирует, насколько всё-таки мал и слаб человек перед этим величием покрывающейся мраком дикой природы.

 

На задворках "Империи"

Впрочем, другой берег только кажется нежилым. За деревьями притаилась целая кемпинговая "Империя туризма" (так "скромно" назвала себя турфирма) и ещё несколько довольно крупных "княжеств" со множеством летних деревянных домиков, баров, прогуливающейся публикой курортного вида.

Палаточный лагерь Шульжиков - "имперские" задворки. В него попадаем не сразу. Готовящаяся к отъезду группа красноярских ребят вместе с гидами разработала целый обряд посвящения в туристы-водники. Нас пропускают через огонь, воду и медные трубы - толкают, выстроившись в ряд между собой, обливают из кружек, постёгивают крапивой. Наконец, упав на колени перед ханом-Алтаем, произносим торжественную клятву верности "великому Шульжику", и каждый получает от красноярцев весло, спасжилет и каску.

Теперь можно спокойно осмотреться. Лагерь разбит на обрывистом берегу реки по всем правилам туризма. В центре - костёр с импровизированной плитой, рядом сколочены длинный стол и два ряда скамеек, вокруг  - палатки. Одна - большая, как шатёр. В ней хранятся продукты и снаряжение. Остальные - маленькие, трёхместные. Но в первую ночь для нас и последнюю для красноярцев, их вместимость возрастает ровно в два раза. Все постельные принадлежности заменяют спальные мешки.

Помимо наземных палаток, над лагерем натянуто ещё нисколько куполов-тентов, предназначенных защитить от дождя. Всё небо, да и земля, - в верёвках, как в паутине, но, как ни странно, передвижению они абсолютно не мешают.

Айские "тарзаны"

Пока готовится ужин, Галина Шульжик - тётя Галя - отправляет вновь прибывших на озеро Ая. Это в полутора километрах от лагеря, на горе. К озеру ведут аж двести с лишним ступенек! Пока поднимешься - вспотеешь. К тому же у всех ребятишек, да и у взрослых, на себе спасательные жилеты - "спасики". Дело в том, что вход на Аю с этого года платный - десять рублей с человека. Но Анатолий Шульжик сумел добиться, чтобы его туристов пропускали бесплатно. А в качестве опознавательного знака -"спасики".

Само озеро небольшое - от берега до берега от силы метров пятьсот. Очень живописные, поросшие лесом пологие берега, песчаный пляж. Вода изумительно прозрачная и изумительно теплая - градусов 26-27. В Катуни - на десяток холоднее.

Ребятня в "спасиках" - сразу в воду и устраивает наперегонки заплыв до "острова любви": крохотного островка с беседкой-ротондой метров в сорока от пляжа. К этому же островку с берега натягивает верёвку Анатолий. Получается "тарзанка" Принцип действия прост. Залезаешь на дерево довольно высоко -там сколочена маленькая площадка, и, повиснув на ролике, по касательной скатываешься оттуда вниз. Верёвка, естественно, под весом провисает, и где-нибудь посредине между берегом и островом происходит торможение "Тарзана" об воду "пятой точкой".

Сразу же выстраивается целая очередь желающих опробовать. Что удивительно - девчонки в первых рядах.

Знакомлюсь с окрестностями. Асфальтированные дорожки. Причалы для прогулочных лодок и водных велосипедов. Пансионаты, гостиницы как советского, так и импортного исполнения. Говорят, что в последних цена номеров превышает восемьсот рублей за сутки. И они не пустуют.

Галька, песок, - как лучший "Фэйри"!

Начинает накрапывать дождичек, и все возвращаются в лагерь, где уже поджидает ужин. Оказывается, надо было привезти с собой чашку, кружку, ложку, нож, спички и фонарик. У меня же из всего этого перечня - только ложка. Выручает тётя Галя (да простит меня Галина Михайловна, я её и Анатолия тоже буду по "родственному" называть). Все дружно уминаем кашу - вкусно. Запиваем чайком и заедаем пряниками с бананами. Следующий этап - мытьё посуды. Каждый - сам за собой. Спускаюсь к речке. Галька и песочек - лучший "Фэйри"!

Стемнело. Дождь уже начинает лить по-настоящему. Вновь прибывшие залезают в палатки, а у красноярцев прощальный вечер продолжается. Тётя Галя вручает чуть ли не каждому диплом и шоколадку как лучшему гребцу, лучшему певцу, лучшему пловцу... Потом - общее пение под гитару.

 

К озеру с "мёртвым городом"

После завтрака выясняется, что отправляемся с экскурсией на Телецкое озеро. Дорога дальняя - пять часов езды туда и пять оттуда. Пока собираем сухой паёк, Тетя Галя рассказывает о красотах и легендах этого озера. Одна из них гласит, что у богатого человека утонула дочь, и он за большие деньги собрал смельчаков, чтобы её достать. А водичка, между прочим, выше пяти градусов в Телецком редко когда поднимается. И вот один ныряльщик всё-таки достиг дна (опять же, между прочим, глубина озера достигает трёхсот метров). Вынырну; совершенно седым. Оказывается, на дне он увидел множество людей с поднятыми руками. Целый город. Мёртвый город. Вот такое "весёленькое" местечко - это Телецкое.

Наконец, всё готово. Грузимся в автобус "ПАЗ-672" - видавшую виды собственность Шульжика. Поехали.

Километров за шестьдесят до Телецкого дорога начинает идти вдоль Бии, единственной реки, вытекающей из озера. Интересно смотреть, как река то разливается и блестит мелкой рябью на перекатах, то зажимается между гор и морщинится пенными бурунами волн.

Как-то незаметно Бия переходит в озеро. В общем-то, Телецкое, протянувшись на восемьдесят километров между гор, тоже напоминает реку. Только вода в ней не движется. Поверхность гладкая, как зеркало. Даже рыба не плещется. Вечный покой. Пробуем ногами воду - действительно очень холодная, уже через несколько секунд суставы начинает ломить.

В Каменном заливе

По программе запланирована экскурсия по озеру на прогулочном катере. Но чтобы не терять время на ожидание его отправления, гид Лиана договаривается с хозяевами пришвартованных рядом с причалом моторных лодок. Грузимся на пять лодок и наперегонки отправляемся на другой берег озера. Лодочник, где сижу я, даёт порулить одиннадцатилетнему Максиму. Мальчишка жутко доволен.

Приплываем в Каменный залив. Тоже, как выясняется, место полуфантастическое. Когда-то здесь была высокая прибрежная скала, но нечто сверхъестественное однажды её разрушило, и образовалась воронка, окружённая огромными валунами. Лодочники рассказывают: год назад сюда приезжали учёные, делали различные радиационные замеры и пришли к выводу, что залив образовался от падения либо метеорита, либо НЛО.

Слушая эту историю, ребята одновременно поедают ещё горячую кашу, привезённую в армейском термосе. Потом начинается охота за невесть откуда появившимся бурундуком. Зверушке всё-таки удаётся спрятаться в расщелинах камней. Меня же заинтересовала берёзка, растущая прямо на каменной плите. Но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это - сосёнка. Только весь ее ствол сплошь покрыт завязанными выцветшими тряпочными лоскутками. Я уже знал, что таким образом местные жители, а теперь и туристы, в различных чудодейственных местах загадывают желания. Сплошное язычество.

Что такое "морковка"?

В субботу наконец-то должно состояться то, ради чего в основном сюда и стремятся ребята - сплав по Катуни. Но в этот раз дядя Толя отбирает только десять наиболее крепких парней и девчат. Я - в том числе. Дело в том, что Шульжикам предложили сплавить ещё взрослую группу из пятнадцати новосибирцев. Собственно, самих новосибирцев - только половина. Остальные - южнокорейцы и американцы, приехавшие в одну из тамошних спецшкол овладевать русским языком и заодно испытать на себе сибирский экстрим.

Разбираем "спасики", вёсла, шлемы, опять же берём провиант и отправляемся через мост к "пазику". На его крышу уже закинуты катамаран и две длинные резиновые лодки-рафты. Получился многослойный такой "биг-мак". Уезжаем по Чуйскому тракту на сорок с лишним километров выше по течению - до посёлка Известкового.

Здесь, на берегу Катуни, разгружаемся. Автобус отправляется обратно, а будущие сплавщики получают от дяди Толи и его помощников краткий инструктаж, как, собственно, осуществляется сплав.

Рассаживаемся по бортам, отрабатываем пока на суше основные команды: "Правый борт, вперед", «Левый борт, вперед!», "Оба - вперёд!", "Оба -табань!.." Проводники наскоро переводят иностранцам смысл фраз. Те понимающе кивают головами. Гид Андрей Шмидт рассказывает, как пользоваться спасательной "морковкой" (длинная верёвка с пенопластом на конце, за которую может ухватиться выпавший из лодки в реку человек). Женская половина "экспедиции" заметно нервничает.

Составы окончательно определены. Все иностранцы вперемежку с русскими пойдут на рафтах. На катамаране - мы с дядей Толей, ещё один семилетний мальчуган, остальные пятеро - девичник.

В Тавдинских пещерах

Звучит команда "На воду!", и судна поочерёдно отчаливают от берега. Пока течение реки спокойное - "болото", как выражаются бывалые туристы-водники, - пробуем выполнять различные команды, делать маневры. Совместные действия получаются не очень - то вёслами вразнобой гребём, то обрызгиваем друг друга. Но всё равно катамаран управляется довольно легко, послушен. Это радует.

Не успели как следует погрести, как первая остановка - на другой стороне реки. Идём осматривать знаменитые Тавдинские пещеры. Говорят, что общая длина этих вымытых внутри скал известняковых галерей - порядка тридцати километров. Поднимаемся по лестнице на гору, туда, где один из входов в пещеру.

Сама пещера в этом месте уже хожена-перехожена туристами. Даже свет провели, чем дядя Толя недоволен: раньше, мол, лазать с фонариками в кромешной темноте было гораздо интереснее. Впрочем, полазать на карачках в местах, где проходы совсем узкие, сейчас тоже приходится. То здесь, то там встречаются образцы современной наскальной "живописи" типа "Здесь был Вася".

Конечно, и о Тавдинских пещерах ходят легенды. Например, о пропавшем когда-то спелеологе, чей призрак до сих пор бродит по пещерным закоулкам и время от времени прикасается холодной рукой к телам. В основном - к женским.

Вместе с нами в группе Юра Шерин - горняк шахты имени 7 Ноября, старинный друг семьи Шульжиков по совместным туристским походам. Сравниваем пещеру с лавой. Однако в забое поинтересней. Спустя полчаса блужданий выходим на свет божий ещё выше, чем входили в пещеру. И тут - самый экстрим! Чтобы добраться до тропинки, надо преодолеть два-три метра почти по отвесной скале, где и упереться-то толком не во что. Приходится распластываться, как настоящим альпинистам, и цепляться всеми четырьмя конечностями за крохотные выбоины в камнях. Глядишь, как глубоко вниз из-за неверного движения можно упасть, и становится страшновато. Одна из кореянок даже разрыдалась, прежде чем "обняться" со скалой. К счастью, всё обошлось. Зато какие великолепные виды с высоты птичьего полёта открываются на Катунь,  на окрестные горы! Фотоаппараты только успевают щёлкать. Вот мы и у подножия. Идущий рядом со мной кореец негромко, сам себе напевает какую-то романтическую балладу на английском языке. Общее ощущение - мы это сделали!

Возле рафтов и катамарана дядя Толя уже приготовил обед. Наскоро перекусываем, при этом осматривая друг друга: не нахватали ли клещей?

Манжерок

Снова садимся на свои «сплавсредства». Теперь уже шутки в сторону. Река сужается, и ускоряется ее бег. То тут, то там из воды выглядывают камни, которые дядя Толя старается без риска пройти стороной. А в наш адрес пока чаще всего звучит команда: "Отдыхай!". И вот первое серьёзное испытание. Обходя порог, слишком близко подплываем к прибрежным камням-шиверам, и катамаран буквально протаскивает между них могучим потоком. Он скрепит, гнётся, накреняется - приходится вовсю работать веслами уже как баграми, отталкиваясь от камней, чтобы быстрее проскочить это место. Вода вокруг бурлит, возникают огромные воронки, но бояться некогда. Наконец, катмаран обрел устойчивость, и мы вышли на более-менее спокойную воду.

В действиях гребцов уже появляется слаженность, а я, сидя с Шульжиком на корме, начинаю "просекать" основные принципы управления катамараном

Вот и Манжерок. Порог по большой воде действительно опасен. У него сейчас не то четвёртая, не то даже пятая категория сложности. Две недели назад на Манжероке проводились Всероссийские соревнования по отбору команды для участия в мировом водном "Кэмэл-трофи" на африканской реке Замбези.

Звучит общая для рафтов и катамарана команда: "Идти только через центральные ворота по самому "язычку"!" Иначе переступившая через порог волна обратным ходом может запросто поставить на дыбы и перевернуть лодки.

Первыми стартуем мы на катамаране. Течение ускоряется. Работаем то левым, то правым бортом, подстраиваясь под волну. И страшно и весело. Ювелирно огибаем центральный порог. Видим, как слева по борту через четырёхметровую глыбу перекатывается мощный поток. Да, если такой подомнёт - мало не покажется.

После Манжерока заходим в маленький заливчик и ждём, как пройдут рафты. Может, кого-то придётся из воды вылавливать. Полчаса - лодок нет. Дядя Толя уже начинает волноваться. И вот появляется рафт с загребным Юрой. Всё нормально. Спрашиваю, как же он руководит сидящими на носу лодки двумя дюжими корейцами. Оказывается, им уже придуманы русские имена, а команды звучат так: "Петя, гоу! Коля, стоп!"

Через несколько минут подплывает и второй рафт. Здесь всё не так благополучно. Лодку на пороге всё-таки задрало, набрали воды, чуть ли не выкинуло за борт одного человека. Спасибо, сидящий рядом американец - долговязый задумчивый филолог - проявил неожиданно быструю реакцию и помог сибиряку удержаться в рафте. Больше по-настоящему серьёзных испытаний за пять часов сплава не было. "Болото". Хотя понимаю, что во многом спокойное плавание обеспечивается мастерством дяди Толи, аккуратно обходящего камни и воронки. По его мнению, высшее искусство сплава и заключается в том, чтобы клиент даже шорты не замочил.

Плывя, знакомимся с речными достопримечательностями. Например, "Капитанская бочка", которая с прошлого года Шульжиками именуется ещё и как "бочка Бочкова". Оказывается, проходя её, заместитель главы администрации нашего города В.В. Бочков не удержался в рафте и искупался в Катуни.

Берега реки сплошь усыпаны палатками. Нам что-то постоянно кричат, машут. Мы в знак приветствия поднимаем над головой вёсла. Вот и Айский мост. Как заправские водники, лихо чалимся на маленький пляжик, хотя Айский порог относится к разряду сложных и здесь тоже проходил отбор на Замбези.

 

С мечтою о сибирском Артеке

В воскресенье сплавляться на катамаране с Юрой (он тоже на правах дяди, как и я) отправляются самые маленькие жители лагеря - "горох". Остальные идут отдыхать на озеро Аю. Удивляюсь неистощимости молодой энергии. Тоненькая, как прутик, гимназистка Аня, ещё вчера под конец сплава в изнеможении от гребли валилась на катамаран, а вечером, сидя у костра и слушая рассказы тёти Гали о бесчисленных путешествиях и способах выживания, потихоньку жаловалась, что у неё руки-ноги отваливаются. Сегодня же, как ни в чём не бывало, не вылезает из воды, плавая, как челнок, от пляжа к острову и обратно.

На самом пляже полно народу, как где-нибудь в Сочи. Прямо настоящий курорт. Не хочется уезжать, но в четыре часа дядя Толя, теперь уже снова Анатолий Шульжик, говорит: "Пора!". Садимся в его "восьмёрку" - и домой, в Ленинск. Мне завтра на работу, у Анатолия тоже куча дел в городе. Наконец-то, пока едем, есть возможность толком обсудить всё увиденное и услышанное, обменяться мнениями. Интересуюсь, что ещё не успел посмотреть из его восьмидневной программы. Оказывается, достаточно много. Не был на Камышлинском водопаде. По словам Шульжика, зрелище, когда речка Камышла, поднимая множество брызг, падает с десятиметровой высоты, незабываемое! Причём вода в мелкой Камышле хорошо прогревается, и в водопаде, в отличие от Катуни, можно подолгу купаться. Не был я на горе Бабырган высотой в 1008 метров, откуда видно чуть ли не пол-Катуни. Не ходил на Чертов Коготь, усыпанный земляникой.

А много ли ребят испытали удовольствие по "полной программе" за пять сезонов работы организованного Шульжиками детского туристического лагеря? Выясняется, что счёт идёт на тысячи. Особенно удачным оказался первый год. Тогда через угольный бартер с алтайцами на Катуни отдохнули сразу 1400 человек. За такую массовость Шульжики были даже удостоены кузбасского туристического "Оскара".

Потом у шахт появились "живые" деньги, и интерес руководителей к оздоровлению детей своих рабочих таким способом заметно поубавился. К тому же программа Шульжика не укладывается в установленную соцстрахом норму-минимум 18-дневный санаторный отдых. Практика же показывает, что идеально для проживания в палатках - неделя. Тогда ребёнок уезжает домой на пике эмоций. Более длительный кочевой образ жизни уже становится в тягость.

В конце концов, директор городского отделения соцстраха вроде бы согласилась включить в свой список алтайский маршрут. Однако, почитав в рекламном проспекте, что за отдых предлагается, некоторые ответственные за детский отдых руководители с ходу отвергают: вдруг наши подопечные потеряют в весе. - Да мы, что, свиней откармливаем? - возмущается Анатолий. - А кто считает, сколько он ума сколько здоровья за эту неделю наберётся, чему научится? Да, они будут колоть дрова, мыть котлы, готовить пищу на костре. Будут учиться выживать, понимать природу. Ввели в школах уроки ОБЖ - хорошее дело. Но это теория. А вот здесь практика. Их самих, педагогов, в такие лагеря надо.

С ходу предлагаю:  «Может, возьмёшься провести городской или областной семинар по программам для учителей ОБЖ?»  -  «Легко! Лишь бы у самих педагогов интерес был."

Вообще, планы, Шульжика на счёт Катуни - колоссальные. Вплоть до создания здесь сибирского "Артека". А что, тепло, красиво и комары не кусают. Можно организовать целые российские или даже международные юношеские фестивали приключений. Есть чем заняться и водникам, и альпинистам, и спелеологам, и пешеходным туристам. Подтянуть под этот проект губернаторов из "Сибирского соглашения", МЧС, федеральные программы по военно-патриотическому воспитанию молодёжи... Анатолий уже и место для его "Артека" присмотрел. Фанатик… Но ведь такие одержимые люди и добиваются чего-то стоящего в этой жизни.

Советую сесть вместе Галей сесть за кандидатскую диссертацию - опыт-то по воспитанию детей в экстремальных условиях накоплен богатый. Кстати, недавно сам Анатолий получил уникальную награду – «Заслуженный путешественник России». Может, она хоть как-то поможет в скитаниях Шульжика по "высоким" кабинетам.

А ещё по дороге успеваем обсудить: как будет отмечаться  в  августе двадцатилетие городского клуба водников-туристов "Горизонт" (Шульжик хочет организовать "старичками" сплав по какой-нибудь «пятерочной» речке), как идёт подготовка очередной экспедиции по покорению Гималайской реки Брахмапутры, как развивается зимний туризм (в этом году Шульжик взялся вывозить на каникулах ребят в Горную Шорию и катать с Мустага на рафтах!)? Планов громадьё. Дай Бог им осуществиться!

 

Вместо эпилога

Ну вот, принял ванну, сменил пропахшую костром одежду. Разлегшись на диване, смотрю теленовости. А мысли там, на Катуни. Через год обязательно снова поеду на Алтай. Укрепиться телом, отдохнуть душой.

Кузбасс,
И.Чикуров

вернуться назад

 

© www.altaitravel.ru 2003-2022